Во что превратит банковский рынок доминирование государства

После национализации ПриватБанка государство фактически оказалось монополистом в банковском секторе. Если опираться на финансовую отчётность, которую банки предоставляют НБУ, суммарные активы госбанков по состоянию на начало 2017 года составили...

После национализации ПриватБанка государство фактически оказалось монополистом в банковском секторе. Если опираться на финансовую отчётность, которую банки предоставляют НБУ, суммарные активы госбанков по состоянию на начало 2017 года составили 644,1 млрд грн — более 50% от активов всей банковской системы. Из них 210,1 млрд грн (16,5%) приходится на Ощадбанк, 160,3 млрд грн (12,6%) контролирует Укрэксимбанк и 53,7 млрд грн (4,2%) — Укргазбанк. Активы национализированного ПриватБанка равны 220 млрд грн (17,3%). В рейтинге НБУ по объёму активов ПриватБанк, Ощадбанк и Укрэксимбанк занимают первые три позиции. Пятое место удерживает Укргазбанк.

Доля вкладов физлиц у госбанков ещё выше. По состоянию на начало 2017 года, ПриватБанк сосредоточил 151,1 млрд грн (34,7%) средств населения. Ощадбанку, Укрэксимбанку и Укргазбанку граждане доверили 69,1 млрд грн (15,8%), 24,5 млрд грн (5,6%) и 13,6 млрд грн (3,1%) соответственно. Таким образом, на госбанки приходится 258,3 млрд грн или почти 60% вкладов населения.

Впрочем, обнародованная отчётность банков по активам, по мнению некоторых экспертов, не в полной мере отражает расстановку сил на рынке. “Если взглянуть на структуру собственников и их долю в банковской системе с учётом реальной стоимости активов в соответствии с международными стандартами финансовой отчётности (МСФО), становится очевидно, что до национализации ПриватБанка примерно 50% банковской системы уже находилось под государственным контролем. 35% приходилось на ПриватБанк. Оставшиеся 15% в основном контролировали банки с западным капиталом. У российских учреждений реальный капитал уже давно негативный. Таким образом, после получения контроля над ПриватБанком доля государства стала бесспорно доминирующей”, — уточняет партнёр компании “Делойт” в Украине Виктор Лукашук.

При этом Лукашук не исключает дальнейшего увеличения доли госсектора за счёт роста клиентской базы, расширения продуктовых линеек и качественных изменений в ведении бизнеса государственными банками. Собеседник Фокуса приводит в пример Ощадбанк, который активно реформирует стратегию и перестраивает процессы.

Истоки монополизма

Государственный Ощадбанк достался Украине по наследству от СССР. Старшее поколение наверняка помнит бумажные сберкнижки и отделения сберкассы, где можно было “положить на книжку” средства на “чёрный день”. Сеть таких сберкасс в 1988 году трансформировалась в Сбербанк СССР. А после обретения Украиной независимости от него отделился Ощадбанк, который стал самостоятельным финучреждением.

Укрэксимбанк тоже вырос на советских корнях — его создали в 1992 году по указу президента Украины на базе восьми отделений Внешэкономбанка СССР. Укрэксимбанк изначально специализировался на обслуживании внешнеэкономической деятельности, межгосударственных кредитных линий и т. п.

В период кризиса 2008–2009 годов ряды украинских госбанков пополнили национализированные Укргазбанк, Родовид банк и банк “Киев”. Из них сегодня на плаву остаётся только Укргазбанк. В 2015 году к нему присоединили активы и пассивы признанного неплатёжеспособным банка “Киев”. В “Родовид” временную администрацию ввели в феврале 2016-го из-за того, что он не справился с возложенной на него в 2011 году функцией санационного банка для работы с проблемными активами госбанков.

В последние годы у Укргазбанка появилась специализация — он стал единственным финучреждением, которое развивает эко-банкинг как отдельное направление и в партнёрстве с Немецко-украинским фондом (НУФ) кредитует проекты, направленные на энергосбережение, уменьшение вредных выбросов в атмосферу и т. п. Акцент на экологичность в Укргазбанке делают не только в кредитовании. Некоторые отделения этого банка оснащены заправками для электрокаров.

Кроме вышеназванных учреждений в Украине в разное время создавались специализированные госбанки. В их числе Расчётный центр по обслуживанию договоров на финансовых рынках, Государственный земельный банк и Украинский банк реконструкции и развития (УБРР). Однако в 2016 году Госзембанк вывели с рынка, а УБРР продали китайской компании Bohai Commodity Exchange за 82,8 млн грн.

В конце 2016 года ряды госбанков пополнил крупнейший коммерческий банк страны — Приватанк. Кабмин решил национализировать финучреждение из-за нежелания акционеров докапитализировать его в соответствии с требованиями НБУ. Регулятор оценил “дыру” в платёжном балансе банка в 148 млрд грн и решился на крайнюю меру ради спасения всей банковской системы.

Дорогой ценой

Поддержание на плаву госбанков обходится Украине недёшево. В одном из своих отчётов о финансовой стабильности за 2016 год Нацбанк назвал национализацию трёх банков (Укргазбанка, Родовид банка и банка “Киев”) во время кризиса 2008–2009 годов неэффективным государственным решением. Ведь фискальные расходы на спасение этих учреждений в несколько раз превысили возможные убытки государства от их своевременной ликвидации.

В этом же документе регулятор оценивает совокупные расходы на докапитализацию госбанков в течение 2008 года — I кв. 2016-го в 88,5 млрд грн. ($8,7 млрд по историческим обменным курсам). И это не считая начисленных по состоянию на конец марта 2016 года 37 млрд грн процентов по облигациям внутреннего госзайма (ОВГЗ), за счёт которых происходит докапитализация.

В конце 2016 года — I квартале 2017-го к этой сумме добавились 116,8 млрд грн, направленные в капитал ПриватБанка, а также 3,5 млрд грн и 3 млрд грн влитые в Ощадбанк и Укрэксимбанк.

Таким образом, по приблизительным оценкам, поддержание госбанков с 2008 года обошлось более чем в $15 млрд. У регулятора надеются, что дальнейшая работа госбанков станет прибыльной, а их кредитная политика взвешенной, что позволит избежать чрезмерных отчислений в резервы и дополнительных вливаний капитала.

Однако ситуацию омрачают туманные перспективы погашения 155 млрд грн кредитов, которые брали собственники группы “Приват” в ПриватБанке в основном для финансирования своего нефтяного, ферросплавного и медийного бизнеса. Адвокат ЮФ “Ильяшев и Партнёры” Александр Выговский не исключает, что процесс возврата этих долгов в итоге может оказаться убыточным для государства и не приведёт к достижению желаемых целей. “Перспективы взыскания долгов пока оценить сложно. Вероятно, возникнет необходимость возбуждения и сопровождения уголовных производств, которые могут затронуть репутацию не только бывших собственников ПриватБанка, но и многих чиновников тех или иных рангов. К тому же сам процесс доказывания вины собственников в возникновении такой проблемной задолженности будет очень непрост”, — продолжает управляющий партнёр ЮФ N&D Андрей Довбенко.

Вне конкуренции

В канун национализации ПриватБанка в конце декабря 2016 года с подачи президента Верховная Рада в спешном порядке расширила госгарантии по вкладам физлиц на все госбанки, тогда как ранее такой прерогативой обладал только лишь Ощадбанк. Согласно этому закону сумму, превышающую предельный размер возмещения вкладов Фондом гарантирования вкладов физлиц (ФГВФЛ), установленную на уровне 200 тыс. грн, будет гарантировать государство. По состоянию на начало 2017 года действие закона распространялось на 60% вкладов населения в банковской системе, которые находятся в ПриватБанке, Ощадбанке, Укрэксимбанке и Укргазбанке.

На первый взгляд, госбанки благодаря этому получили весомое конкурентное преимущество в сравнении с частными финучреждениями вне зависимости от происхождения капитала. Однако в коммерческих банках подобной конкуренции не боятся. “Несмотря на очевидную неблагоприятность, я не думаю, что сейчас госгарантия по вкладам в госбанках является решающим фактором для клиентов. Парадоксально, что госбанки, имея такую гарантию, всё равно предлагают очень высокие ставки по депозитам”, — комментирует глава правления АО “ОТП Банк” Томаш Хак-Ковач.

“Привлекательность банков складывается из множества факторов. Для частных клиентов это и стоимость услуг, и удобство обслуживания, и разнообразие продуктов, и технологичность. Для корпоративного сегмента имеет значение гибкость подхода с учётом особенностей бизнеса, скорость принятия решений. Банки, способные максимально обеспечить такие потребности клиентов, и будут побеждать в конкурентной борьбе по законам рынка”, — продолжает директор отдела сопровождения сделок компании EY в Украине Ларисa Марченко. Она обращает внимание на то, что госгарантия возврата вкладов касается только депозитов физлиц, от активного привлечения которых многие банки, в особенности дочки иностранных финучреждений, теперь практически отказались из-за дороговизны таких ресурсов. В таком контексте можно предположить, что стопроцентная госгарантия вкладов в госбанках вводилась исключительно для психологического воздействия на граждан в условиях нарастающей паники из-за национализации ПриватБанка. Вполне возможно, эту меру отменят через несколько лет.

Всё есть лекарство и всё есть яд

Опрошенные Фокусом эксперты влияние государственной монополии на дальнейшее развитие банковского сектора оценивают неоднозначно. Томаш Хак-Ковач напоминает, что государство не бывает хорошим акционером, так как его действия зависимы от избирательного цикла и искушения изменить политику управления рисками. Он опасается, что, оставаясь в госсобственности, банки могут отстать от рынка и уничтожить свою акционерную стоимость, а налогоплательщикам придётся снова и снова их докапитализировать. Вряд ли в такой ситуации госбанки будут интересны частным инвесторам.

В свою очередь Виктор Лукашук в числе очевидно позитивных факторов увеличения доли государства на банковском рынке называет улучшение контролируемости банковской системы за счёт потенциальной унификации подходов к рынку валюты, процентным ставкам, инфляции, ёмкости и параметрам рынка государственных ценных бумаг. По мнению собеседника Фокуса, такая концентрация при условии сбалансированной и системной государственной политики может создать предпосылки более быстрого реформирования сопредельных секторов — фондового, страхового, инвестиционного, пенсионного, что необходимо для запуска реальных секторов экономики. В этом случае банковский рынок снова станет привлекательным для иностранного капитала, а государству будет проще сузить своё участие в секторе.

По какому бы сценарию ни развивались события, в ближайшей перспективе снизить долю государства на банковском рынке за счёт быстрой приватизации финучреждений вряд ли удастся. Возможно, из-за национализации ПриватБанка придётся переносить ранее намеченные сроки приватизации. Напомним, в обнародованной в 2016 году стратегии развития госбанков приватизация Укргазбанка была намечена на 2017 год, а реализация пакетов по 20% акций Ощадбанка и Укрэксимбанка — на 2018 год. “До продажи частному инвестору банки должны пройти трансформацию в рамках утверждённой стратегии развития, чтобы инвестор чётко понимал, что именно он покупает, какие есть конкурентные преимущества, а какие проблемы ещё предстоит решать. Возможно, инвестору потребуется помощь государства в определённых вопросах, связанных с деятельностью банка, или финансовая и консультационная поддержка ЕБРР либо МФК”, — заключает Ларисa Марченко.

Попросту говоря, однозначный ответ на то, пойдёт ли во благо стране увеличение доли госбанков в финансовой системе, дать нельзя. Всё зависит от того, как государство будет использовать принадлежащие ему финучреждения — станут ли они драйвером оздоровления отрасли, или превратятся в схемные учреждения, специализирующиеся на выдаче кредитов “по звонку”.

Автор материала: Мария Бабенко

По материалам: Focus.ua

Материалы по теме: