«Украинскую биржу» сторговали в ноль

Санкции против российских компаний оказались болезненными для украинского рынка. «Украинская биржа» была вынуждена отказаться от российского ПО, что привело к параличу как торгов фьючерсами и опционами, так и к...

Санкции против российских компаний оказались болезненными для украинского рынка. «Украинская биржа» была вынуждена отказаться от российского ПО, что привело к параличу как торгов фьючерсами и опционами, так и к отключению интернет-трейдинга – стали невозможны безадресные анонимные сделки с ценными бумагами. И хотя биржа декларирует возможность проводить адресные сделки, торговцы отказались от ее услуг. Они надеются, что «Украинская биржа» вернется на рынок, но уже начали переводить активы на ПФТС (укр.).

Остановка по требованию

«Украинская биржа» (УБ) с момента своего создания 10 лет назад позиционировалась как «центр ликвидности интернет-трейдинга рынка акций и производных инструментов в Украине». К текущему моменту не осталось ничего: ни ликвидности, ни интернет-трейдинга. С 18 июня, когда биржа «приостановила» торговлю в режиме безадресных заявок, не было больше никаких торгов.

Биржу в 2008 году создали российская площадка РТС и украинские торговцы. Это обусловило использование биржей российской торговой платформы. Даже угроза потери лицензии в 2015 году из-за миноритария из страны-агрессора не побудила площадку отказаться от российского ПО. Хотя от россиян в капитале пришлось отказаться: их 43% выкупили Dragon Capital и «Универ».

Спустя три года – в мае 2018-го – СНБОУ «неожиданно» запретил ПО «Московской биржи ММВБ-РТС». Сначала УБ заявила, что продолжит использовать российское ПО, потом попросила президента отменить санкции, а когда стало очевидно, что власть не собирается идти на попятную, биржа объявила о завершении 15 июня операций с деривативами – фьючерсами и опционами.

Но «умер» не только срочный рынок. С 18 июня на неопределенный срок остановлена торговля в режиме безадресных заявок 92 акциями, 245 облигациями, 28 ценными бумагами фондов и 22 фьючерсными контрактами. Биржа обещала позволить торговать ценными бумагами в режиме адресных заявок и заключать сделки РЕПО. Но этим предложением никто не воспользовался: по данным УБ, с начала недели на ней не было заключено ни одной адресной сделки. А индекс UX начали рассчитывать (он «падает») не на основе сделок, а на основе «цен спроса и предложения».

Биржа объяснила участникам, как разблокировать и вывести активы – ценные бумаги и деньги. Но торговцы и их клиенты начали уходить еще в конце мая. Перед обнародованием санкционного списка, 23 мая, объем торгов на УБ составил 293,2 млн грн (341 сделка), 24 мая оборот упал вдвое – до 139,31 млн грн (427 сделок), а 25 мая почти в 10 раз – до 18,5 млн грн (313 сделок).

После выходных, 29 мая, оборот был всего 3,7 млн грн (178 сделок). 15 июня, когда досрочно были выполнены фьючерсные контракты, объем торгов составил 14 млн грн (279 сделок). «Мы отключили программное обеспечение, предоставленное «Московской биржей». Адресные сделки мы технически можем принимать, но никто не хочет. Это совершенно новая технология для наших участников, для них она абсолютно неудобна», – объяснил «тишину» в торгах директор по развитию бизнеса УБ Алексей Сухоруков, который возглавил это направление с начала июня.

Обещанное ждите

Еще 8 июня биржа обнародовала требования к новой торговой платформе, которую хочет купить вместо российской санкционной. «На заседании биржевого совета было принято решение, что биржа продолжит работать, купит новый софт и создаст дочернюю товарную биржу», – рассказал FinClub президент ИГ «Универ» (совладелец УБ) Тарас Козак.

Новая платформа должна позволить торговать акциями, облигациями, фьючерсами и опционами по принципу рынка заявок; давать API для прямого доступа к рынкам и связи с брокерскими торговыми системами; обрабатывать не менее 1500 операций в секунду; иметь масштабируемую архитектуру; быть совместимой с внешним центральным контрагентом или клиринговыми компаниями для ценных бумаг; обеспечивать функцию центрального контрагента и клиринга производных инструментов.

Будет ли «Украинская биржа» покупать готовое ПО или его для площадки будут «писать» с нуля, пока неизвестно. «С нуля писать программное обеспечение долго, но, с другой стороны, рынок таких систем очень маленький в мире», – говорит Алексей Сухоруков. В списке потенциальных партнеров у биржи уже есть украинские и иностранные разработчики. «Большая часть, конечно, не из Украины. Есть интересные предложения, которые предусматривают, например, участие в капитале», – отмечает Тарас Козак.

Биржа будет принимать заявки от программистов до 6 июля. «Еще не меньше недели уйдет на изучение заявок, после чего мы составим шорт-лист», – говорит Тарас Козак. «У нас ежедневно идут переговоры с множеством потенциальных поставщиков. Мы пока не понимаем, кого из них можем выбрать в итоге. А у каждого свои сроки, условия, особенности», – рассказывает Алексей Сухоруков. В случае закупки готового торгового ПО его имплементация к украинским реалиям и требованиям НКЦБФР может занять от нескольких недель до нескольких месяцев.

Руководитель КУА «Финекс-Капитал» Игорь Когут считает, что паузой в торгах могут воспользоваться другие биржевые площадки, чтобы запустить у себя аналогичные продукты. «Разработка ПО – дорогое удовольствие. При нынешних объемах фондового рынка такие инвестиции если и окупятся, то очень нескоро», – считает Игорь Когут.

Торговцы разбегаются

Торговцы, работавшие на УБ, перевели часть потоков на биржу ПФТС. «Мы были маркет-мейкером на срочном рынке УБ по подавляющему большинству инструментов, плюс привели на рынок крупных игроков, включая реальных хеджеров валютных рисков. Сейчас этот рынок упал в ноль. Немаркет-мейкерские сделки продолжаем проводить в штатном режиме, в том числе через ПФТС», – говорит управляющий партнер ИК Capital Times Investment Company Эрик Найман.

Это же сделал и совладелец УБ – Dragon Capital. «Сделки перевели на ПФТС, но, к сожалению, на ПФТС нельзя торговать фьючерсами, нет интернет-торговли для физических лиц и высокая вероятность попасть под те же санкции из-за использования российского софта», – рассказал управляющий директор департамента брокерских услуг ИК Dragon Capital Денис Мацуев.

Многие торговцы были застигнуты врасплох «параличом» УБ и еще не знают, что делать дальше. «По фондам думаю переходить на ПФТС. Если на УБ возобновится рынок заявок по акциям и останутся акции как таковые после регуляторной деятельности комиссии, то вернусь на УБ», – говорит управляющий активами КУА «АРТ Капитал» Вячеслав Король. «На ПФТС ликвидность очень небольшая: мы смотрели по тем бумагам, которые нас интересуют. Мне кажется, все торговцы заняли выжидательную позицию: смотрят, куда пойдет ликвидность, и ждут сигналов от УБ о том, когда биржа может возобновить работу», – считает начальник отдела ценных бумаг Райффайзен Банка Аваль Олег Климас. Выводы он предлагает делать не раньше, чем через месяц.

ПФТС уже сейчас показала небольшой рост объема торгов. Если с 11 по 14 июня с акциями было заключено 87 сделок на 2,96 млн грн, то с 18 по 21 июня сделок было 85, но уже на 5,48 млн грн.

Эрик Найман отметил, что «если УБ вернется на рынок с ПО, которое позволит нормально использовать алгоритмические стратегии для маркет-мейкерства, то мы, конечно же, вернемся». «УБ была самой технологичной биржей Украины, способной выполнить любые задачи по развитию рынка государственных ценных бумаг, акций, корпоративных облигаций, производных финансовых инструментов и любых других биржевых инструментов. Остановка деятельности УБ отбросила развитие украинского финансового рынка минимум на пять лет назад», – сетует Эрик Найман. В Украине только начал развиваться рынок валютного хеджирования. «И сейчас по факту он уничтожен, отчего пострадают в итоге и экспортеры, и импортеры», – говорит финансист.

finclub.net

Материалы по теме: