Суркисы рушат национализацию ПриватБанка

Семья Суркисов добилась в суде отмены решений Нацбанка о том, что они и принадлежащий им А-Банк являются связанными с ПриватБанком лицами. Главенствующий судья Евгений Аблов не только присудил вернуть...

Семья Суркисов добилась в суде отмены решений Нацбанка о том, что они и принадлежащий им А-Банк являются связанными с ПриватБанком лицами. Главенствующий судья Евгений Аблов не только присудил вернуть А-Банку и семье Суркисов суммарно 1,4 млрд грн, конвертированных в капитал ПриватБанка, но и «отменил» декабрьскую сделку по продаже Минфину акций неплатежеспособного ПриватБанка. Национальный банк обвинил судей в «неправосудных решениях» и готовит апелляцию.

От неплатежеспособности ПриватБанка и последующей процедуры bail-in (принудительной конвертации 29,4 млрд грн обязательств кредиторов в капитал банка) существенно пострадала семья Суркисов. «Под каток национализации попали несколько сотен миллионов долларов семьи Игоря Суркиса», – заявлял экс-совладелец ПриватБанка Геннадий Боголюбов. Издание ZN.UA оценило их потери в $248,6 млн и 574 тыс. евро денег юрлиц в кипрском филиале ПриватБанка, а также более 1,04 млрд грн денег физлиц на счетах банка в Украине.

Претензий к А-Банку (полное наименование – Акцент-Банк) в момент национализации ПриватБанка у регулятора не было. «А-Банк – это небольшой банк, но он связан с акционерами ПриватБанка. Никаких планов на А-Банк нет. Он достаточно капитализирован», – заявляла в декабре 2016-го глава НБУ Валерия Гонтарева. Однако семья Суркисов была недовольна, что они должны участвовать своими деньгами в покрытии убытков от владения ПриватБанком Игорем Коломойским.

На начало 2017 года 32,4% акций А-Банка принадлежало Игорю Суркису, 32,2% – Григорию Суркису, 16,1% – Светлане Суркис, 16,1% – Марине Суркис. Все они держали вклады в ПриватБанке. Поэтому через несколько дней после национализации банка семья Суркисов оспорила в суде решения НБУ о признании А-Банка и его владельцев связанными с ПриватБанком лицами. Истцы также требовали отменить запрет ФГВФЛ на операции по их заблокированным счетам.

Повернуть вспять

17 мая 2017-го истцы победили. Окружной административный суд Киева под руководством судьи Евгения Аблова по делу № 826/20221/16 отменил решение комиссии НБУ № 105/2016 в части признания связанными с ПриватБанком лицами таких лиц, как Игорь Суркис, Светлана Суркис, Полина Ковалик, Григорий Суркис, Марина Суркис, Рахмиль Суркис. По делу № 826/20239/16 было вынесено аналогичное решение суда о якобы несвязанности А-Банка с ПриватБанком.

Отмена решения №105/2016, а также всех других решений НБУ о признании этих лиц связанными, вызвала снежный ком автоматической утраты силы другими документами. Суд признал неправомерным запрет ФГВФЛ истцам распоряжаться деньгами и отменил bail-in – покупку акций ПриватБанка за счет заблокированных сумм. Это не все. Также суд отменил саму сделку по покупке Минфином 100% акций ПриватБанка за 1 грн и поручил ПриватБанку вернуть «пострадавшим» кредиторам «неправомерно» списанные порядка 1,4 млрд грн.

Лихо «отменив» продажу банка правительству, Окружной админсуд, впрочем, не сказал, как реализовать это решение: должен ли Минфин забрать из банка 116,8 млрд грн вложенного в него капитала в виде ОВГЗ, и станут ли вновь Игорь Коломойский и Геннадий Боголюбов собственниками банка, в котором 100% кредитного портфеля юрлиц было инсайдерским, или же все надо вернуть к моменту вхождения в банк временной администрации и обанкротить его.

Изначально список требований семьи Суркисов был меньше, но аппетит возник во время процесса. Нацбанк сообщал суду, что ПриватБанк и А-Банк имеют совместную инфраструктуру, например, информационные системы, корсчета, большинство денег А-Банк размещал в ПриватБанке. Совладелец А-Банка Игорь Суркис одновременно владел существенным участием в ООО «Студия «1+1», которое является инсайдером ПриватБанка. НБУ акцентировал внимание на том, что А-Банк использует типовые формы договоров ПриватБанка, между банками происходит «трудовая миграция», например, экс-зампред ПриватБанка Юрий Кандауров возглавляет А-Банк. Суд сказал, что трудовая миграция должна включать пересечение границы, чего в данном случае не было. Суммарно в качестве примера связанности лиц НБУ привел порядка полутора десятка разных характеристик, в том числе и то, что сотрудники ПриватБанка имели прямой доступ к информации о клиентах А-Банка, а сам банк полностью обслуживался силами ПриватБанка – от IT-продуктов до кол-центра.

Суд решил иначе. Он акцентировал на том, что у А-Банка были корсчета и в других банках, а отделения А-Банка не располагаются в помещениях, которые принадлежали бы ПриватБанку. При этом А-Банк получал IT-услуги от третьих лиц, а не только от ПриватБанка, например, услуги доступа к Интернету. Не стали аргументом даже данные о владельцах ряда компаний группы. НБУ сообщил, что Игорь Суркис владеет долями в ООО «Телерадиокомпания “Студия 1+1”», ООО «Гравис-Кино» и ЧАО «Телекомпания ТЕТ» через Bolvik Ventures Ltd., а Игорь Коломойский является совладельцем этих компаний через Harley Trading Ltd. Игорь Суркис принес выписку, что на 1 и 6 февраля 2017 года ему Bolvik Ventures Ltd. не принадлежала. Суд посчитал это нормальным, хотя НБУ определял связанных лиц в 2016 году, а в 2017-м владелец зарубежной компании действительно мог «смениться». Отверг суд и аргумент НБУ, что в руководстве двух банков работали родственники.

Согласно решению суда, ПриватБанк должен вернуть А-Банку 363,65 млн грн долга, а также проценты – 5,56 млн грн, 5,78 тыс. евро, $15,8 тыс. – за три месяца (с 22 декабря по 22 февраля).

Идентичным, как под копирку, является решение суда по семье Суркисов. НБУ не удалось доказать связь между семьей Суркисов и ПриватБанка, который находился в «отношениях фактического контроля» с А-Банком. Суд постановил вернуть семье 1,047 млрд грн, $266,9 тыс., 7,86 тыс. евро.

Спор за большие деньги

Одновременно в эти дни мая стало известно, что держатели еврооблигаций ПриватБанка, которые также были вовлечены в процедуру bail-in, подали в суд. «Нам нужно было позаботиться об обычных гражданах. Все остальные являются профессиональными инвесторами и должны были сами следить за судьбой своих денег. Теперь они могут выставить претензии к Игорю Коломойскому», – говорила ранее Валерия Гонтарева.

Но кредиторы так не считают. Суммарно в капитал ПриватБанка была переведена его внешняя задолженность на $555 млн: два выпуска еврооблигаций на $335 млн и субординированный долг на $220 млн. Держатели еврооблигаций инициировали судебное разбирательство в Лондонском международном арбитражном суде с намерением оспорить принудительную конвертацию своих облигаций в капитал.

Юристы считают, что кредиторы имеют право на такой иск. «Клиенты не могут требовать компенсаций каких-либо потерь у самого банка. Но имеют право обжаловать действия Нацбанка и Фонда гарантирования вкладов», – считает управляющий партнер юридическо-консалтинговой компании «Де-юре» Григорий Трипульский.

Эта ситуация не нравится НБУ. «Национальный банк возмущен последними решениями судов о якобы неправомерности вхождения государства в капитал ПриватБанка и процедуры bail-in, – говорится в заявлении Нацбанка. – Все решения по ПриватБанку были приняты исключительно в рамках специальной процедуры, предусмотренной статьей 41-1 закона “О системе гарантирования вкладов физических лиц”».

Поэтому НБУ обжалует все решения по делу ПриватБанка. «Национальный банк обратится в суды высших инстанций с обжалованием подобных неправосудных решений и уверен в законности проведенной процедуры bail-in», – пообещал регулятор.

Автор материала: Елена Губарь, Вячеслав Садовничий

По материалам: Finclub.net

Материалы по теме: