Сергей Шкляр: «Никакого «отжима» имущества у украинцев частными судебными исполнителями не будет»

Совсем недавно общество всколыхнула весть о введении в Украине института частных судебных исполнителей. Какие решения судов останутся в компетенции государственных исполнителей, а какие перейдут к частным исполнителям? Кто попадет...

Совсем недавно общество всколыхнула весть о введении в Украине института частных судебных исполнителей. Какие решения судов останутся в компетенции государственных исполнителей, а какие перейдут к частным исполнителям? Кто попадет в единый реестр должников и чем это попадание чревато?

На эти и другие вопросы журналу PERSONA.TOP отвечает заместитель министра юстиции Сергей Шкляр.

Воспринимающий жизнь как непрерывное движение, читающий книги Майкла Доббса и Даниэля Эстулина, увлекающийся киокушинкай каратэ, Сергей Владимирович так непринужден и доверителен в общении, что с первых же минут создается впечатление, что мы знакомы с давних пор и нам есть о чем поговорить.

— Во многих европейских странах исполнение судебных решений возложено на институт частных исполнителей. И показатель исполнения судебных решений там гораздо выше, чем в Украине. В чем причина неэффективности украинской системы?

– Стопроцентного исполнения судебных решений нет ни в одной стране мира — по многим причинам: к примеру, если у должника нет имущества, на которое можно обратить взыскание, или существует мораторий на взыскание.

Сложность ситуации в Украине в том, что государственные исполнители перегружены, у каждого по 150-160 производств в месяц. Недавно еще были очень низкие заработные платы, плюс текучка кадров и большое количество вакансий. Кроме того, наша законодательная база позволяет некоторым должникам «уходить» в искусственное банкротство. Есть мораторий на уровне законов, запрещающий взыскивать долги с коммунальных, энергетических и других государственных предприятий. Не исполняются многие решения по алиментам.

Все это вместе дает такой низкий процент исполнения судебных решений. К тому же сама профессия не очень престижна. В исполнители шли и до сих пор идут, как говорится, по остаточному принципу — те люди, которые не смогли стать судьями, адвокатами, прокурорами или нотариусами.

Зато сейчас все меняется. Мы изучали, как отлажена система исполнения судебных решений во Франции, Нидерландах, Болгарии. В планах — изучение опыта Прибалтийских государств и Сербии, где исполнительная система из государственной за три года полностью превратилась в частную, и где показатели исполнения судебных решений увеличились многократно. Это через несколько лет должны увидеть и в Украине.

– С падением экономики, ростом инфляции и увеличением стоимости коммунальных услуг можно предположить, что и число должников в стране увеличится. Какие риски для простых граждан несет в себе система частных исполнителей?

— Никаких рисков я не вижу. Если считать, что само по себе исполнение судебных решений, например, взыскание долга — это риск, то, мне кажется, это неправильно. Наши граждане должны понимать: если есть долг, его надо отдавать!

Противники реформы утверждают, что с введением института частных исполнителей мы якобы узаконили коллекторов. Но это ведь не так. Деятельность коллекторов, в отличие от частных исполнителей, законом не урегулирована. И основная разница между ними заключается в том, что коллектор может воздействовать на должника только какими-то психологическими методами: угрозами, шантажом и так далее. Никаких инструментариев законного силового характера у него нет. А у частного исполнителя есть. И он руководствуется законом, который регламентирует его деятельность, а именно: в какие часы и когда он должен производить процессуальные действия и в присутствии кого – понятых, полиции. Деятельность частного исполнителя прозрачна, и ничего общего с коллекторами не имеет.

СЛОЖНОСТЬ СИТУАЦИИ В УКРАИНЕ В ТОМ, ЧТО ГОСУДАРСТВЕННЫЕ ИСПОЛНИТЕЛИ ПЕРЕГРУЖЕНЫ, У КАЖДОГО ПО 150-160 ПРОИЗВОДСТВ В МЕСЯЦ. НЕДАВНО ЕЩЕ БЫЛИ ОЧЕНЬ НИЗКИЕ ЗАРАБОТНЫЕ ПЛАТЫ, ПЛЮС ТЕКУЧКА КАДРОВ И БОЛЬШОЕ КОЛИЧЕСТВО ВАКАНСИЙ

– Взрывоопасный вопрос: согласно новому Закону «Об исполнительном производстве», если задолженность будет превышать 20 минимальных зарплат, то жилье разрешается забрать в счет погашения долга. Не станут ли частные исполнители орудием «отжима» имущества граждан – квартир, домов и других жилых помещений?

– Никто квартиры «отжимать» не будет! Эта норма существовала и в старом законе. Запомните, что обращение взыскания на жилье может быть осуществлено в исключительном случае, когда у должника нет никаких других видов доходов. Оно может быть обращено сначала на земельный участок, если таковой есть, и только после этого — на жилье. Да и тут еще есть масса нюансов: единственное ли это жилье у должника, прописаны ли дети, ипотечное оно или нет и так далее. Были случаи, когда выселяли. Но они — исключительные, и массового характера это не приобретет.

И нужно еще помнить, что есть институт рассрочки и отсрочки исполнения судебных решений. Надо, чтобы прошли как минимум три суда, чтобы решение вступило в силу. Это очень непростой механизм.

— Что такое смешанная система исполнения судебных решений и какие механизмы надзора и контроля к ней применяются? Куда жаловаться на неправомерные действия частных исполнителей?

– В мире существует три системы: полностью государственная, полностью частная и смешанная. Многие страны ввели смешанную систему. А вот страны Прибалтики и Молдова, например, перешли полностью на частную. Мы пока не можем себе этого позволить, поэтому у нас переходная модель – смешанная система. Это значит, что будут работать и государственные исполнители, и частные. Они будут конкурировать друг с другом, а частные — еще и между собой. Так что ожидаем значительной разгрузки государственной исполнительной службы.

Контроль остается пока за министерством юстиции — как над частными, так и над государственными исполнителями. Для частных исполнителей создана дисциплинарная комиссия, которая будет рассматривать правонарушения, если таковые будут. Кроме того, остается еще судебный контроль. Не надо забывать и о том, что частные исполнители несут персональную ответственность, потому что закон не позволяет им объединяться в компании или фирмы. Это полная имущественная ответственность, а также административная, дисциплинарная и уголовная, если в их действиях будет состав преступления.

И еще: буквально недавно законодатель ввел две нормы, ограничивающие сумму, с которой могут работать частные исполнители. В текущем году она составляет не более шести миллионов гривен по одному исполнительному документу, в первый год деятельности – не более 20 миллионов гривен по одному исполнительному документу, и дальше без ограничений. Таким образом, мы понимаем, что люди, которые придут в эту профессию, придут в нее надолго. А после создания Ассоциации частных исполнителей (а они должны будут по закону создать такую организацию с обязательным членством) функции контроля, дисциплинарные и квалификационные, будут переданы от министерства юстиции в Ассоциацию, и дальше она сама будет регулировать вход в профессию, равно как и выход из нее.

– Какими полномочиями обладают частные исполнители? Все ли решения судов они могут исполнять?

– Нет, не все. Законодатель не разрешил им на этом этапе заниматься социально важными категориями исполнительных производств, такими как передача детей между родителями в случае их развода, вселение и выселение физических лиц, взыскания с государства, государственных предприятий и органов местного самоуправления и так далее. Это все остается пока в сфере полномочий государственных исполнителей.

— Нуждается ли система исполнения судебных решений в дальнейшем реформировании?

– Это очень серьезный и сложный процесс. Во Франции, например, система частных исполнителей работает еще со времен Кодекса Наполеона, а последнюю реформу в сфере исполнения судебных решений осуществил нынешний президент Макрон, когда был министром экономики Франции в 2015 году, ее так и называют: «реформа Макрона». Он расширил округа, в которых могут работать частные исполнители, объединил профессии комиссара публичных аукционов и частного исполнителя, отменил ряд территориальных ограничений по компетенции. Сейчас во Франции существует более 1700 контор, в которых работает свыше 3200 исполнителей плюс 400 так называемых лицитаторов — тех, кто проводит публичные торги по продаже арестованного имущества. Вот эти 3200 исполнителей и 400 комиссаров публичных аукционов в результате реформы Макрона стали представителями одной профессии.

К чему я это говорю? Французской системе частного исполнения сотни лет, и то они ее реформируют. Мы же находимся только в начале этого процесса, и должны еще многое сделать. Сейчас, например, в Украине пока что разрешили объединить две близкие специальности: частного исполнителя и арбитражного управляющего. Теперь арбитражный управляющий может одновременно работать и частным исполнителем, если он сдал экзамены и нет конфликта интересов. Но я не исключаю, что такую возможность мы дадим со временем и адвокатам. Сейчас как раз разрабатывается новый закон об адвокатуре, и я активно в этом участвую как член совета по судебной реформе и как адвокат с 1998 года. Так что, скорее всего, и адвокатам такая возможность будет предоставлена.

КОНТРОЛЬ ОСТАЕТСЯ ПОКА ЗА МИНИСТЕРСТВОМ ЮСТИЦИИ — КАК НАД ЧАСТНЫМИ, ТАК И НАД ГОСУДАРСТВЕННЫМИ ИСПОЛНИТЕЛЯМИ. ДЛЯ ЧАСТНЫХ ИСПОЛНИТЕЛЕЙ СОЗДАНА ДИСЦИПЛИНАРНАЯ КОМИССИЯ, КОТОРАЯ БУДЕТ РАССМАТРИВАТЬ ПРАВОНАРУШЕНИЯ, ЕСЛИ ТАКОВЫЕ БУДУТ

— Когда-то вы предлагали создать факультет исполнительной службы при Национальной школе судей Украины. Эта идея не устарела?

– Нет, наоборот, она стала еще более актуальной, потому что во многих европейских странах есть школы, которые готовят частных исполнителей. И там они, наделенные государством функцией принуждения, по своему духу – предприниматели. Например, для того, чтобы частному исполнителю получить свой округ в Голландии, нужно доказать комиссии, которая выдает лицензии, что для тебя еще есть место на рынке. Их там, к примеру, 900 на семнадцать миллионов населения, если хочешь быть 901-м, пишешь бизнес-план и защищаешь его перед комиссией.

Во Франции исполнителям разрешено объединяться в конторы, и конторы продаются, это уже традиция. То есть, выходя на пенсию, частный исполнитель продает или свою контору, если он собственник, или свою часть тому, кто придет на его место. И эти конторы могут создаваться и ликвидироваться. А происходит это следующим образом: ведомство по конкуренции время от времени проверяет все районы и делает вывод — например, объем работы в этой области не позволяет содержать такое-то количество контор, поэтому оно должно быть уменьшено, и наоборот — объем работы в другой области возрос, и там могут быть созданы новые конторы. Тогда они создаются, и те люди, которые уже сдали экзамены и стоят в очереди на получение статуса частного исполнителя, на конкурсной основе приходят в эти конторы.

Что-то подобное со временем будет и в Украине.

— С начала года в Украине заработал единый реестр должников. Прошло уже более полугода. О каких результатах можно говорить уже сегодня? И так ли реестр работает, как задумывалось?

– Да, работает реестр именно так, как задумывалось. Сразу хочу уточнить: многие воспринимают его как реестр должников по коммунальным услугам, но такого реестра нет. Это реестр должников. И это — не наше ноу-хау, он существует во многих странах. В чем его суть? Любой должник, в отношении которого открыто исполнительное производство, попадает в реестр и находится там до тех пор, пока не рассчитается по долгам. Для чего вводился этот реестр? Во-первых, он публичный. Если гражданин добросовестный, то, попадая в реестр, он сам заинтересован в том, чтобы как можно быстрее заплатить и выйти из него. Во-вторых, это необходимо для бизнеса. Любое физическое лицо или компания, перед тем как заключить контракт с партнером или его кредитовать, заходит в реестр и, если находит там своего будущего партнера, еще подумает: давать ему в долг или нет, заключать с ним контракт или остановить сделку. И, в-третьих, в любой стране есть добросовестные должники, которые стараются платить по долгам, а есть недобросовестные, в том числе такие, которые, получая в долг, знают, что не будут этот долг отдавать. Так вот, когда такие должники попадают в реестр, они не могут отчуждать свои активы — по крайней мере, те, которые подлежат нотариальному заверению. Таким образом, мы фиксируем активы недобросовестного должника для того, чтобы он их не распродал и рассчитался со своими кредиторами.

– Будучи студентом института международных отношений Киевского национального университета им. Т. Г. Шевченко, вы активно занимались юридической практикой, а после 2002 года уже в созданной совместно с однокурсником юридической фирме Arzinger продолжили эту работу. Интересно, что изменилось с тех пор на рынке юридических услуг?

– Да, я действительно практиковал со студенческих времен, был штатным юристом крупных корпораций, работал в адвокатских компаниях, а с 2002 года — в созданной совместно с Тимуром Бондаревым фирме Аrzinger. С тех пор произошли кардинальные изменения. Сейчас это структурированный и высоко конкурентный, специализированный рынок, в нем много «бутиковых» компаний, которые занимаются вполне конкретными отраслями права. Но если говорить об объеме рынка юридических услуг, то, безусловно, после кризиса 2008 года он уменьшился и стал конкурентнее, а учитывая сегодняшнюю экономическую ситуацию в стране, войну на Донбассе, значительно сократился и стал еще более высоко конкурентным. На самом деле это не так уж и плохо. Рынок отсеял слабые компании, а те, которые остались, предлагают более качественные услуги. В итоге выиграл потребитель.

— Вы окончили институт международных отношений Киевского национального университета им. Т. Г. Шевченко и Одесский университет народного хозяйства, плюс к этому еще и Венский летний экономический университет. Владеете четырьмя языками: украинским, русским, английским и немецким. Чем была обусловлена необходимость получения такого разностороннего образования?

– Во время моей юридической практики я занимался судебным представительством, конкурентным и антимонопольным правом. Я кандидат юридических наук, защищался в Одесской юридической академии по теме «Защита прав субъектов предпринимательства в правоотношениях с органами Антимонопольного комитета Украины». Это то, чем всегда интересовался. Читаю курс в Киево-Могилянской академии по этой теме уже не один год, пишу докторскую диссертацию в этом же направлении. А конкурентное и антимонопольное право глубоко связаны с экономикой. Так что на каком-то этапе возникла необходимость в получении дополнительных экономических знаний. Поэтому поступил в Одесский университет народного хозяйства и окончил его. Что касается языков — занимался международным частным правом, а в этой работе без знания языков и шагу не сделаешь.

— Вы увлекаетесь боевыми искусствами. Какими именно?

– В разное время занимался разными боевыми искусствами: боксом, дзюдо, рукопашным боем. Сейчас занимаюсь киокушинкай каратэ у одного из лучших мастеров Украины, шихана Анатолия Небесного (обладателя пятого дана), руководителя клуба «Банзай». Киокушинкай каратэ — это не спорт, это боевое искусство, в котором открываю для себя более глубокое понимание жизни.

МНОГИЕ ВОСПРИНИМАЮТ ЕГО КАК РЕЕСТР ДОЛЖНИКОВ ПО КОММУНАЛЬНЫМ УСЛУГАМ, НО ТАКОГО РЕЕСТРА НЕТ. ЭТО РЕЕСТР ДОЛЖНИКОВ. И ЭТО — НЕ НАШЕ НОУ-ХАУ, ОН СУЩЕСТВУЕТ ВО МНОГИХ СТРАНАХ. В ЧЕМ ЕГО СУТЬ? ЛЮБОЙ ДОЛЖНИК, В ОТНОШЕНИИ КОТОРОГО ОТКРЫТО ИСПОЛНИТЕЛЬНОЕ ПРОИЗВОДСТВО, ПОПАДАЕТ В РЕЕСТР И НАХОДИТСЯ ТАМ ДО ТЕХ ПОР, ПОКА НЕ РАССЧИТАЕТСЯ ПО ДОЛГАМ

— Какими качествами характера должен обладать человек, с которым вы пошли бы в бой?

– Однозначно — порядочностью. И я должен знать, что он идет в бой не потому, что его гонят, если уж мы говорим о настоящем бое, а по собственной воле и убеждению.

— Какие книги вы читаете?

– Разные. К сожалению, в последнее время все больше специальную литературу. Но вот недавно прочитал «Карточный домик» Майкла Доббса. А сейчас начал «Кто правит миром? Вся правда о Бильдербергском клубе» Даниэля Эстулина. Стараюсь, конечно, читать и другую литературу. Но времени на нее остается мало…

Сергей Владимирович Шкляр — заместитель министра юстиции по вопросам исполнительной службы, координирует и контролирует деятельность Департамента по вопросам судебной работы и банкротства, кандидат юридических наук, старший преподаватель Киево-Могилянской академии, член Совета по судебной реформе при Президенте Украины, председатель Наблюдательного совета по финансовой реструктуризации.

Автор: Владимир Бушняк

ПЕРСОНА

Материалы по теме: