Небесная сотня: найти героев

Государство до сих пор не ответило на вопрос, кто именно является для нас Небесной сотней, и кто – героем. Сразу к сути. В список Героев Небесной сотни попало несколько...

Государство до сих пор не ответило на вопрос, кто именно является для нас Небесной сотней, и кто – героем.

Сразу к сути. В список Героев Небесной сотни попало несколько человек, которые не имеют отношения к событиям на Майдане. За пять лет официальные учреждения не провели полноценной верификации списка, несмотря на то, что более сотни человек удостоены высокого государственного звания «Герой Украины» (посмертно). Государство в своей политике исторической памяти до сих пор не ответило на вопрос, кто именно является для нас Небесной сотней, и кто – героем. В то же время, осуществление верификации является не просто необходимостью, а обязанностью.

«Это болит»

«… Кто ему дал право определять, кто праведно погиб, кто неправедно погиб? Понимаете? Один Бог это знает. Я вас прошу, не трогайте этот вопрос. Это больно», – говорит он, держа в руках папку с фотографиями, запечатленными 20 февраля 2014 года на улице Институтской. На этих фото – сын. В тот «черный четверг» его застрелили наверху улицы, напротив выхода из метро «Крещатик».

«У меня сын погиб 20-го числа, убит пулей в лоб у баррикады на Институтской. Все доказано. У меня есть все данные, видео, даже видно, кто стрелял», – говорит отец. Он возмущается, обвиняет нас в том, что хотим сенсации и ищем темный ракурс для написания статьи.

Мы беседуем с отцом после публичной презентации проекта Мемориала Небесной сотни. Мужчина выступает против предлагаемого мемориального комплекса, предпочитая оставить на Институтской все, как есть – с тем же ландшафтом, брусчаткой. В таком же виде, как на фотографиях из его папки. Это тяжелая встреча. И действительно трудная тема для разговора с отцом. Хотя мы никоим образом не ставим под сомнение обстоятельства смерти сына и стараемся задавать вопрос в максимально корректной форме (возможна ли верификация списка? Каково отношение семей Небесной сотни к статье журналиста Юрия Бутусова, который первым решился публично поставить вопрос?), Разговор не складывается. Мужчина просит прекратить.

«Прошло уже пять лет, не надо цепляться к тому, что уже не нужно. Оставьте в покое. Это болит. Не надо, это уже поздно», – категорично отвечает отец.

Портреты погибших народного мемориала Небесной сотни на Институтской

«Задача истории»

Год назад, в марте 2018-го, украинский журналист Юрий Бутусов опубликовал на сайте Цензор.НЕТ авторскую колонку “86, а не 107: сколько Героев Украины следует увековечить в Музее Небесной сотни?». Согласно информации, полученной Бутусовым из правоохранительных органов, часть в этом списке – случайные фамилии. «Прежде всего, это данные из официальных источников, – объясняет Бутусов в комментарии Z.- По каждому случаю изучались обстоятельства гибели, следователи проверяли: какие свидетели, материалы, кто виноват. Еще какая-то часть определена благодаря независимым расследованиям. Факты установлены, все находки можно обосновать», – говорит он.

Поводом для появления публикации Юрия стало завершение конкурса проектов Национального мемориального комплекса Революции достоинства. Согласно официальным требованиям к конкурсным проектам, мемориал должен был использовать «именную» мемориализацию Небесной сотни. Напомним, в конкурсе победила работа архитекторш Ирины Волынец и Марии Процик, которая предусматривает установление на улице Институтской стелы со 107-ю фамилиями погибших и символическую посадку 107 декоративных лип.

Юрий Бутусов считал, что его текст породит дискуссию о том, кто действительно стоит увековечения как герой Майдана. «Это задача для истории, – объясняет мотивы Юрий. – Не надо накапливать мифы. Не надо идти советским путем. История должна быть достоверной наукой».

Первая коррекция

В истории списке Небесной сотни был прецедент исключения человека из мартиролога.

32-летний Вячеслав Ворона умер вследствие тяжелых травм головы в марта 2014 года после того, как 22 февраля 2014 года его избили в одном из «спальных» районов Киева. На основании информации, полученной от друзей Вячеслава, волонтеры Майдана внесли мужчину в список погибших как жертву «титушек».

В мае 2015 года года суд вынес приговор по делу убийства Вороны. Правоохранители установили, что мужчина умер в результате драки, вызванной бытовым конфликтом в компьютерном клубе. Суд приговорил убийцу к 8 годам тюрьмы.

Часть улицы Институтской в 2015 году переименовали в Аллею героев Небесной сотни

Уголовное дело выглядело довольно просто. Подозреваемого задержали через два дня после смерти жертвы. Досудебное расследование в короткие сроки установило обстоятельства преступления и личный мотив убийцы. Несмотря на очевидность доказательной базы, в ноябре 2014 года Ворону включили в список из 99 человек, удостоенных Президентом звание «Герой Украины» (посмертно). Лишь после того, как указ главы государства стал публичным, история этого конкретного события стала объектом общественного интереса.

В декабре 2014 года телеканал СТБ опубликовал развернутый видеосюжет, в котором доказал непричастность Вороны к Майдану. В Администрации Президента развели руками.

«Очевидно, что такие дела должны быть тщательно проверены. Надо, чтобы все обстоятельства были представлены, было проведено следствие, было судебное заседание – и уже тогда на рассмотрение суда такие вещи должны выноситься», – сказал тогдашний заместитель главы АП Ростислав Павленко.

Украинское законодательство не предусматривает отзыва звания «Герой Украины».

От Майдана до Донбасса

Список Героев Небесной сотни охватывает имена, которые погибли в достаточно широком временном отрезке, не ограниченном только продолжительностью Революции достоинства: мартиролог включает людей, которые умерли через несколько дней или недель после Майдана. Подобно, этот список ограничен локацией самого Майдана. Преимущественно именно в тех случаях, когда человек погибал по завершении революции и за пределами протестных локаций, расследование обстоятельств смерти является наиболее сложным.

Юрий Бутусов, систематизируя информацию по расследованию, разделил официальный список на семь категорий.

В частности, он выделил в отдельную категорию жертв «русской весны», которые первыми пали в Донецкой области в марте-апреле 2014 года: Юрия Дяковского, Юрия Поправку, Владимира Рыбака, Дмитрия Чернявского. На тот момент их смерти трактовали как продолжение потерь Майдана, хотя сегодня очевидно, что ребята стали первыми жертвами уже войны.

В отдельную категорию попал журналист пророссийской газеты «Вести» Вячеслав Веремий, замученный «титушками».

Акция “Лучи достоинства” над Институтской

Согласно информации Юрия Бутусова, семь человек следует идентифицировать как участников революции, умерших вследствие не связанных с участием в протестах причин.

Еще восемь человек (в том числе и Ворона) – это граждане, которые не были участниками революции и умерли по разным причинам, не связанным с революцией.

«Установлено несколько умерших, гибель которых никак не связана с действиями милиции, – рассказывает Бутусов. – Самоубийство: умер на Майдане. Еще один случай, тоже на Майдане: причину даже не хочу говорить … Зачем их записывать в герои? Это унижение поступка тех, кто шел под пули. Простите, я не могу к этому безразлично относиться», – объясняет Юрий.

Генеральная прокуратура отказала редакции Z в доступе к информации о результатах расследования этих наименее исследованных и наименее описанных эпизодов. В ответе на наш запрос Генпрокуратура сообщила, что эти сведения «относятся к тайне следствия», и «предоставить ее (информацию – Z) нет возможности».

Учитывая то, что прокуратура оказалась скованной процессуальными (или какими-то другими) ограничениями, нам приходится пользоваться иными, имеющимися источниками информации.

В первые годы после революции большое внимание к расследованию преступлений, совершенных зимой 2013-2014 годов, проявляло Управления ООН по правам человека в лице Мониторинговой миссии ООН по правам человека в Украине. В отчете миссии за 2016 годговорится: «Согласно Генеральной прокуратуре, причинно-следственная связь между противодействием правительством протестным акциям на Майдане и гибелью 17 человек (все мужчины) не установлена; […] точные обстоятельства смерти семи человек и их связь с событиями на Майдане не установлены».

Специалисты ООН использовали в докладе иную категоризацию, чем Цензор.НЕТ. Кроме того, и мониторинговая миссия, и Бутусов выразили одинаковые сомнения относительно 15 фамилий.

Глава миссии ООН Фиона Фрейзер во время презентации доклада

Некоторые ремарки из отчета миссии: «умер от переохлаждения, не связанного с протестами», «умер от гнойной пневмонии», «умерла от анафилактического шока, вызванного инъекцией обезболивающего для лечения пореза на руке, который она получила на полевой кухне на Майдане».

«Мы не имеем морального права»

… Мы беседуем с женщиной, которая потеряла мужа 20 февраля 2014 года на Институтской. Мужчине выстрелили в грудь – он не имел шансов выжить.

Вопрос о верификации списка Героев Небесной сотни не возбуждает у нашей собеседницы негативных эмоций. Вдова считает, что ради будущих поколений было бы правильно изучить, кто и при каких обстоятельствах погиб.

В то же время наша собеседница отвергает вопрос о том, могли ли бы семьи инициировать верификацию списка самостоятельно. По ее мнению, это дело только правоохранителей. «Есть прокуратура, есть следственные органы. Определять, кто должен быть, а кто не должен быть, кто где погиб … Мы не имеем ни морального, ни какого-либо другого права говорить, что это герой, потому что он был здесь, а этот был там, поэтому он не герой. Любой другой, но точно не семьи», – заявляет она.

Иногда кажется, что их сообщество можно назвать не «семьи», а «семья».

Борьба за наказание виновных, борьба за увековечение памяти, бесконечные и утомительные суды, следствие, бытовые и материальные проблемы, потребность в сострадании – многих между собой соединил прежде всего общий пятилетний опыт. То, что произошло пять лет назад, оказалось на другой странице. Болезненной, но другой.

Вдова героя признается: в прошлые годы было так много хлопот, «что семьи только сейчас начинают изучать, кто какое место имел во время событий революции достоинства».

Указ

Акции, проведенные на первую годовщину начала революции достоинства, стали одним из самых резонансных эпизодов борьбы семей Небесной сотни за свои права. В тот день, 21 ноября 2014 года, у народного мемориала на улице Институтской собрался пикет. Люди пытались освистать президента. Семьи встретились с Петром Порошенко, требуя признания для погибших, правосудия для преступников и поддержки для себя.

В конце тяжелого дня пресс-служба Президента сообщила: глава государства решил вручить звание «Герой Украины» всем из Небесной сотни. В тот же день, 21 ноября, появился соответствующий указ.

Z пытался узнать в Администрации Президента подробности подготовки указа. Департамент государственных наград АП сообщил, что документы готовили в предусмотренный процедурой способ, на основании представлений от Киевской и областных государственных администраций.

Полученный из АП ответ означает, что Банковая за один день успела: принять волевое решение о необходимости награждений, договорилась с государственными администрациями об официальных представлениях, оформила соответствующий указ. Без верификации. Без изучения материалов дел. Под давлением улицы.

Пикет у народного мемориала Небесной сотни 21 ноября 2014 года

В общем, 21 ноября 2014 года Президент присвоил звание «Герой Украины» 99 лицам. В последующие годы список пополнился еще семью людьми. Также два человека получили Орден Героев Небесной сотни. Итак, в целом государственными орденами удостоены 108 человек именно как погибшие участники революции.

Согласно информации, которую редакция Z получила от Министерства социальной политики, в реестр лиц, семьи которых имеют право на получение единовременного денежного пособия от государства, вошло 108 фамилий. По состоянию на февраль 2019 года 106 семей получили выплату в полном размере (1 млн грн), 2 семьи – частично.

Фамилию Вороны из списка изъяли.

«Мы много спорили»

Владимир Бондарчук потерял отца утром 20 февраля. Отец выносил раненых на Институтской. Сергея Бондарчука был смертельно ранен пулей под Октябрьским дворцом …

Владимир возглавляет общественную организацию «Родина героїв Небесної сотні». Он уверяет: семьи и правоохранители провели не одну встречу на тему расследования смертей на Майдане. Во время встреч поднимали также вопрос соответствия списков.

«Есть много мнений, – говорит Бондарчук в комментарии Z.- За эти годы на эту тему много спорили; общались и с парамедиками, и с ранеными … У Юрия Бутусова есть собственное мнение, у меня тоже есть собственное мнение – у каждого из причастных есть собственные мысли, кто должен быть в Небесной сотне. На данный момент государство определило, кого считать достойным, причастным к революции достоинства», – отмечает председатель организации.

Владимир Бондарчук во время протеста под судом

Двое источников тоже сообщили в разговорах с Z: заинтересованные стороны действительно проводили дискуссии на тему верификации списка. Об этом нам сообщил, в частности, директор Музея Революции достоинства Игорь Пошивайло и один из адвокатов семей, пожелавший сохранить анонимность (адвокат отказался комментировать эту тему, считая, что публичные обсуждения могут бросить тень на всю Небесную сотню).

По словам Владимира Бондарчука, первоначальный список составляли на основании информации от майдановских волонтерских организаций. Среди организаций он вспоминает о сообществе «Евромайдан SOS» и Совет сотников Майдана.

«Государство в лице правоохранительных органов как раз і должно было выяснить эти моменты, – отвечает Бондарчук. – Такие выводы должны были делать, собственно, или Генеральная прокуратура, или компетентный орган, который проводил досудебное расследование – о том, есть лі причастность к Революции достоинства или нет. Я не исключаю такой возможности (уточнение списка)», – говорит Бондарчук.

Несмотря на то, что несколько собеседников заявили Z об ожидании последнего слова от органов следствия, сами правоохранительные ведомства остались как-то в стороне процесса.

Например, Кабинет Министров еще в 2014 году принял постановление «О социальной защите членов семей лиц, смерть которых связана с участием в массовых акциях протеста …», которим предположил, что перечень семей с правом на государственную компенсацию будет утверждать Министерство социальной политики по согласованию с Министерством здравоохранения и Генеральной прокуратурой. Штука, конечно, не в самих компенсациях, а в механизме верификации. Z удалось выяснить, что Генеральную прокуратуру привлекли к этому процессу только с 11 января 2018 года.

Итак, на момент присвоения званий «Героев Украины» прокуратура этими вопросами не занималась. В конце концов, опыт Вороны, которого наградили при арестованном уже убийце, это подтверждает.

Между революцией и войной

В разговоре с Владимиром Бондарчуком мы переходим к более конкретным примерам. Начинаем с самых противоречивых историй. Обоснованно лі прідержіваться концепции, что Дяковскій, Поправка, Рыбак и Чернявский относятся к Небесной сотне? Они, несомненно, герои – но почему бы не почитать их как первых жертв украинского-российской войны в Донбассе?

Бондарчук отвечает: все четверо поддерживали Майдан, участвовали в протестах; Дяковскій получил ранение во время столкновений в Киеве. «Однозначно, эти люди заслуживали награждения», – отмечает председатель организации.

Владимир Рыбак во время акции патриотов в Донетчине

По его словам, присвоение «Героев» четырем погибшим на Донбассе помогло обеспечить семьи должной поддержкой и решить их социальные проблемы.

«Когда родители, родные ребят пришли к нам, была такая ситуация, что их “к войне” причислять никто не хотел. Никто не выделил отдельный исторический отрезок, расположенный между войной и революцией. Собственно из-за того, что они были тесно связаны с революцией достоинства, мы и считали, что сделать так будет правильно. Возможно, кому-то кажется, что это было неправильно … Государство должно было их отметить. Они достойны того, чтобы называться Небесной сотней», – отвечает Бондарчук.

С тяжелым сердцем

Сложнее дискутировать о тех летальных случаях, когда медики диагностировали ненасильственные причины смерти: ишемическую болезнь сердца и др.

«Приведу пример: газовые отравления, – объясняет Бондарчук. – доказать причинно-следственную связь очень трудно. У нас есть общественная организация, которая отстаивает права пострадавших на Майдане. Под ее опекой примерно 60 человек, которые понесли ущерб для здоровья из-за отравления и использования неизвестных химических веществ на Майдане. Экспертиза, исследования – пройти этот путь очень непросто».

Продолжая сказанное Владимиром, мы вспомним о двух героях, погибших 18 февраля 2014 года – Якова Зайка и Антонину Дворянец. Каждый, кто следил за Майданом, помнит те страшные кадры с Институтской – бездыханные тела на мешках баррикады после штурма силовиков … Согласно информации из отчета миссии ООН, клинической причиной смертей Зайка и Дворянец была сердечная недостаточность, когда же очевидно, что они умерли именно в результате насилия.

Еще сложнее – говорить о тех летальных случаях, когда жертвы сами вызвали осложнение состояния здоровья, игнорируя потребность обратиться к медикам. Согласно информации, полученной Z от одной из волонтерских сред, таких случаев было несколько (как и ранее, мы не называем фамилий).

С одной стороны, эти умершие вроде бы и прочно связаны с историей Майдана, с другой – следует ли их чествовать как героев? Вообще вопрос о том, кого оставить в Небесной сотне – уже не просто правоохранительный, но и морально-философский. Почитать ли всех жертв? Или исключительно тех, кто погиб в противостояниях, в мученичестве, от пуль, ударов, пыток?

Мать Вячеслава Веремия на судебном заседании

За пять прошедших лет Украинское государство вынуждено приобрело большой опыт в политике памяти и чествования. Каждый воин, павший на Донбассе, удостаивается почестей, независимо от причин смерти. При этом командование четко идентифицирует потери боевые и небоевые. Часть погибших представляется к государственным наградам за проявленное мужество. И только исключительные получают звание «Героя Украины».

Музей нуждается в правде

Небесная сотня ассоциируется с конкретными событиями в конкретных местах, – говорит редактор сайта Юрий Бутусов. – На Институтской погибли 48 человек, во время событий 18-19 февраля – 30 человек, был еще десяток погибших при других обстоятельствах … Я не против того, чтобы чествовали память каждого – просто не понимаю, почему государству следует героизировать погибших не на Майдане и не во время этих страшных событий? Надо ценить конкретный подвиг конкретных людей».

Он подчеркивает: в составленном им списке есть и люди, которые не имеют никакого отношения к Майдану.

«Конечно, этот список уже является фактом, большое количество уже получило звание “Героя Украины”, – продолжает Бутусов. – Но давайте сделаем так, чтобы хотя бы музей был историческим. Музей требует правды, по определению», – призывает он.

Владимир Бондарчук говорит, что в организации не делят «майдановцев» на тех, кто погиб героически, а кто нет. «Есть действительно разные случаи. Но формально мы исходим из того, что есть доказательства непосредственного участия в Майдане, постоянно высказанной позиции. А кто погиб героически или не-героически – пусть определяет народ», – отвечает Бондарчук.

Зимой на Институтской установили ограду для начала работ по возведению музея

Уже в конце разговора Бондарчук признает: некоторые вопросы действительно открыты. «Насколько мне известно, несколько человек погибли, но по их причастности к революции расследование продолжается. Зато есть еще несколько человек [вне списка], к которым связь прослеживается. Поэтому, возможно, список будет корректироваться – но только по результатам расследования», – резюмирует Владимир.

«Виберут ми чужи люде …»

Напоследок напомним себе контекст событий пятилетней давности. Контекст имеет значение, поскольку общие общественные настроения повлияли на формирование списка именно таким способом, которым он пришел к нам.

… Гробы проходят через Майдан Независимости. Достоверной информации о числе погибших нет. Доверие к официальным данным, которые публикуют МВД или Минздрав – отсутствует.

На этом фоне распространяются слухи о гибели десятков «майдановцев» в сгоревшем Доме профсоюзов. Люди спрашивают в соцсетях, как зовут того, кого обезглавленным пронесли под зданием Верховной Рады 18 февраля (на самом деле этот человек выжил, просто у него задрался воротник куртки)? Считалось, что жертв должно быть гораздо больше. Словно их и так не было слишком много …

В списке пропавших без вести на момент побега Януковича было примерно 350 человек. Многие люди, которые в течение той зимы теряли связь с близкими, звонили  волонтерам на «горячую линию», считая, что цепочка могла довести до Майдана.

Вдова героя, о которой мы упоминали выше, говорит: некоторые родственники действительно не имели никакой информации о своих близких на Майдане. Но некоторые родственники, вероятно, просто не могли смириться с утратами, поэтому старались рационализировать смерти близких, ища привязку к протестам.

«Если честно, я даже о своем муже не все знаю. Он был три месяца на Майдане – я весь этот период проследить не могу, – говорит она. – Но, возможно, эти люди были на Майдане раньше, и это такая реакция послемайдановская: что он уехал и там погиб».

Конечно, все это стоило проверять в начале … Но одним из факторов, который обусловил внекритическое отношение к списку Небесной сотни, оказалась чрезмерно эмоциональная и недостаточно рациональная реакция общества. Тот же фактор обусловил и торопливость с присвоением сотни званий «Герой Украины».

Мемориал на Институтской в начале, в 2014 году

Еще одной причиной – к сожалению, пока актуальной – остается недостаточный интерес общества к установлению правды о событиях на Майдане. Не просто на уровне лозунга «Почему не сидят убийцы?», а на уровне конкретных дел. Потому что может означать тезис, который утверждает, что в Доме профсоюзов погибли десятки людей – а изредка он возникает и сейчас? А он означает, что авторы подобных мыслей до сих пор не поинтересовались, каковы официальные данные. Не поинтересовались, как зовут тех людей, которые действительно сгорели в профсоюзе. Следовательно, этот рассказ – не только об ошибках, но и о невнимании к истории.

Защита истории оказалась делом очень сложной. Вызовы, проблемы, ответственность растут.

В качестве примера, в момент появления этой публикации прокуратура и Музей Майдана находятся в состоянии конфликта: правоохранители до сих пор не завершили следственные эксперименты на Институтской, а «музейщики» стремятся как можно быстрее начать возведение мемориального комплекса. Во вторник, 19 марта, часть семей Небесной сотни обнародовала заявление, в котором выступила против высадки сплошного парка возле мест расстрелов, требуя сохранить ландшафт с брусчаткой. При всем этом мы стоим перед перспективой прихода к власти человека, который не имеет с Майданом ни одной общей истории. А прошло всего пять лет. Прошло уже пять лет.

КОММЕНТАРИЙ

Директор Национального мемориального комплекса Героев Небесной сотни – Музея Революции достоинства Игорь ПОШИВАЙЛО:

– Я отношусь к этой проблеме взвешенно. Предоставление статуса героев Небесной сотни, присвоении званий «Герой Украины» происходило в определенных исторических условиях – сложных условиях, когда власть должна была реагировать на боль и трагедию, когда должна была принимать меры. Было общественное давление.

Я не знаю критериев, по которым утверждался перечень. Сначала было 108 человек – сейчас 107. Насколько мне известно, сейчас около десятка лиц рассматриваются в прокуратуре [в подтверждение в причастности к Майдану]. Есть список миссии ООН, где написана история, своеобразное расследование гибели этих людей. С другой стороны, я понимаю, что этот список неполон и он может пополниться новыми именами. Все зависит от результатов официального расследования. Которых на сегодня нет.

Это не есть, не было и не будет компетенцией музея – определять, кто действительно погиб, действительно отстаивая идеалы Майдана, а кто оказался там случайно. Процесс идет, он продолжается. Думаю, ради исторической справедливости эта тема должна привести к какому-то обсуждению, логическому выводу. Простого ответа нет. С эмоциональной точки зрения, мы понимаем, что это очень тяжело.

Что касается музею, то мы будем отталкиваться прежде всего от официальной версии. Но позволять определенные дискуссии на эту тему, не оставаясь в поле стереотипном или официальном.

Источник: argumentua

Материалы по теме: