Что скрывается за кредитными историями Привата

Журналистам якобы удалось добыть данные о миллиардных кредитах Приватбанка, по которым, если судить из публикации, не было даже адекватных залогов. Кто в этом виноват? “Вы хотели кредитных историй? –...

Журналистам якобы удалось добыть данные о миллиардных кредитах Приватбанка, по которым, если судить из публикации, не было даже адекватных залогов. Кто в этом виноват?

“Вы хотели кредитных историй? – Их есть у меня!” – именно эта, исконно одесская фраза, приходит на ум при каждом упоминании Приватбанка в последние месяцы. То резервы под “не рабочие” кредиты на 140 миллиардов гривен доначислят, то информация про переуступку кредитов на новые структуры сердце обывателя растревожит, то новая “благая весть” – на этот раз про “великолепную девятку”, которая якобы получила в упомянутом банке более $1 млрд в “тучные” 2015-2016 годы…

Итак, национализированный Приватбанк выделил в 2015-2016 годах через десятки фиктивных фирм $1 млрд для девяти приближенных к экс-совладельца Игорю Коломойскому человек. Об этом сообщил журналист Грэхем Стэк на сайте OCCRP (Организация по расследованию коррупции и оргпреступности). На данный момент нет ни одного официального опровержения опубликованной им и растиражированной на сайтах информации, а стало быть, воспользуемся ею в качестве теоретической отправной точки нашей статьи.

Прежде всего, журналиста удивило, что кредиты выдавались новосозданным компаниям с уставным капиталом в сущие гроши. В публикации фигурируют компании следующих владельцев: “Виктора Шкинделя” – $154,1 млн, “Вячеслава Плакасова” – $136,8 млн, “Ивана Маковийчука” – $154,4 млн, “Сергея Казарова” – $155,6 млн, “Владимира Головко” – $141,2 млн, “Игоря Маланчака” – $148,8 млн, “Вадима Андреюка” – $115,3 млн.

Также есть информация о “странных заемщиках”, которые привлекли более 50 млн “зеленых”, работая, один – на заправке, другой – таксистом…

Здесь хотелось бы немного сменить ракурс и рассмотреть данную тему с точки зрения качества банковского надзора в Украине.

Откровенно говоря, сейчас любые публикации о кредитах Привата до завершения аудиторской проверки фирмой Ernst&Young и опубликования ее официальных результатов – являются элементами большой закулисной игры. Ведь у творцов “национализации” Привата “оказался в руках” системный банк (не стоит тешить себя иллюзиями, что он принадлежит простому трудовому народу), а у бывших владельцев банка есть неплохой корпоративный бизнес, который в отличие от банковской деятельности имеет не виртуальный, а вполне осязаемый, материальный характер.

Зная любовь наших чиновников, обличенных хотя бы минимальной властью, рейдерить и безобразничать, легко представить опасения бывших владельцев Привата относительно сохранности своей бизнес-империи. Всяческие процедурные моменты, как переоформление кредитов и т.д., могут восприниматься в данном контексте как выстраивание очередной “багратионовой флеши” способной задержать потенциальную атаку. А кто бы из ныне властвующих не выстраивал бы нечто подобное, если бы “пупок” их бизнеса в виде “родного” банка оказался под угрозой “национализации”?

Вот и идет “игра в монополию”, кто кого фишками перескачет: бывших акционеров пугают залогами и гарантиями, они в ответ запускают пробные шары в виде оспаривания результатов национализации банка в судах, намекая, что новое судебное решение “ЮКОС 2.0.”, полученное в международных судах – не такая уж недостижимая цель…

Кроме того, история банковского дела в Украине знает немало примеров, когда кредиты брали огромные заводы с многомиллионными основными средствами, основанные еще во времена товарища Дзержинского, которые затем благополучно их не возвращали. А есть примеры, когда позитивные кредитные истории формировали компании с минимальным уставным капиталом, которые были специально для этого созданы.

Например, базовая компания имеет огромный убыток и банк не может ее кредитовать, так как нужно будет формировать значительные резервы. Зачастую, в таком случае, обслуживающий банк, который не хочет потерять потенциального заемщика, сам “просит” клиента найти безубыточную компанию. Это к тому, что не все то грязь, что не блестит. И пока мы не увидим официальное аудиторское заключение, посыпать голову пеплом не стоит. Тем более, если проанализировать размер кредитного портфеля Привата, выданного юридическим лицам, то начиная с первого квартала 2015-го и по третий квартал 2016-го, его размер сократился с 160 млрд грн до 155 млрд грн, а с учетом девальвации валютных кредитов, процесс сжатия кредитной активности был еще сильнее.

Необходимо также понимать, что сам по себе кредит – это еще не отмывание денег, ведь с таким подходом банки скоро вообще свернут кредитование во избежание обвинений в том, что они “пылесосят” рынок и строят “пирамиды”… Во всяком случае, по каждому кредиту есть отдельное кредитное дело, решение кредитного комитета, выводы риск-менеджмента, службы безопасности, заключение юристов. Документов более чем достаточно, что бы по каждому отдельному факту кредитования сделать объективный вывод относительно того, что здесь было – отмывание или неудачное кредитование.

Здесь важно другое. Приватбанк привлекал значительное рефинансирование, а значит в банке должен был быть куратор НБУ, его “глаза и уши”. Уследить за тысячами транзакций он, естественно, не мог. Но проконтролировать наиболее крупные займы – вполне.

Если это не было сделано, тогда значительная доля ответственности лежит на кураторе и тех, кто его назначал. Кроме того, НБУ получает от коммерческих банков десятки всевозможных отчетов в электронном виде, многие из которых предоставляются на ежедневной основе. Информация, которая в них содержится, позволяет взглянуть на подопечный банк как на посетителя общественной бани в помывочный день. Утаить здесь ничего невозможно, все равно прощупают и обнаружат…

Не забудем и про систему обязательных нормативов, таких как Н8 – норматив больших кредитных рисков, Н7 – норматив максимального кредитного риска на одного заемщика, а также “инсайдерские” нормативы. И здесь, все козырные карты в руках регулятора.

Кроме того, система корсчетов позволяет отслеживать Нацбанку движение средств в режиме реального времени. Вплоть до “крайней” гривны.

В этих условиях, не журналисты, а НБУ, совместно с аудиторами должен дать обществу объективную оценку. Кроме того, чиновникам с Институтской, чей труд влетает далеко не богатой стране в копеечку, стоило бы, наконец, осознать, что ответственность за состояние системного банка лежит не только на бывших акционерах и менеджменте, но и в полной мере – на системе банковского надзора, обличенного всей полнотой власти и возможностей, о которых многим государственным структурам остается только мечтать.

В осознании своих многочисленных прав и возможностей, наши “регуляторы” продвинулись намного дальше любых западных “аналогов”.

А вот сознание ответственности за результаты своей деятельности, у них пока еще даже не “проклюнулось”, так и оставшись в скорлупе политической круговой поруки…

Автор материала: Алексей КУЩ

По материалам: Dsnews.ua

Материалы по теме: